Гадание на таро. Происхождение карты Дурак

Происхождение карты "Дурак"


источник: А. Кроули "Книга Тота"


Таро. карта Дурак

Эта карта соответствует еврейской букве Алеф, название которой означает "Бык", а форма представляет лемех плуга. Таким образом, значение ее – в первую очередь фаллическое. Это первая из трех Материнских Букв (Алеф, Мэм и Шин), соответствующих в различных комбинациях всем триадам Таро – в частности, Огню, Воде и Воздуху; Отцу, Матери и Сыну; Сульфуру, Меркурию и Соли.


Самое важное в этой карте – то, что ее числом должен быть ноль. Таким образом, она представляет то Отрицательное, что находится над Древом Жизни, источник всего сущего. Это Каббалистический Ноль. Это уравнение Вселенной, изначальное и конечное равновесие противоположностей; "Воздух" этой карты означает, в сущности, вакуум.


В средневековой колоде данная карта называется L E М A T. Это слово происходит от итальянского М t t о – "сумасшедший", "дурак"; об уместности такого названия поговорим позже. Но есть и другая, или, можно сказать, дополнительная теория. Если признавать египетское происхождение Таро, можно предположить, что Мат (а эта карта – ключ ко всей колоде) означает М а у т, египетскую грифообразную богиню, которая является более ранним и более тонким вариантом идеи Н у и т, чем Исида.

С грифом связаны две легенды. Считается, что у грифа спиральная шея. Это может быть связано с теорией (недавно возрожденной Эйнштейном, но упоминавшейся еще Зороастром в его "Оракулах") о том, что Вселенная, точнее, та энергия, которую называют Вселенной, имеет спиральную форму.


Другая легенда гласит, что самка грифа производит свое потомство при помощи ветра. Иными словами, элемент Воздуха считается отцом всего проявленного бытия. Этому есть параллель в учении греческого философа Анаксимена.


Итак, эта карта – одновременно и Отец, и Мать, в самой абстрактной форме этих идей. Это не недоразумение, но намеренное отождествление мужского и женского, находящее подтверждение в биологии. Оплодотворенная яйцеклетка в половом отношении нейтральна. Вопрос ее будущего пола решает некий неизвестный фактор.


К этой, на первый взгляд странной, идее необходимо привыкнуть. Как только вы решите принять во внимание женский аспект вещей, уравновешивающий его мужской элемент проявится в вашем мышлении сразу же. С философской точки зрения, это отождествление мужского и женского первично, а формулировка Нуля как "1 + (–1)" – вторична. Результатом такой формулировки является идея Тетраграмматона.


Формула Тетраграмматона


Вся система Таро базируется на Древе Жизни, а Древо Жизни неотделимо от Тетраграмматона. Последнюю доктрину можно кратко суммировать следующим образом:


Союз Отца и Матери порождает Близнецов; Сын появляется прежде Дочери, Дочь возвращает энергию Отцу; этот цикл перемен гарантирует устойчивость и вечность Вселенной.


Чтобы лучше понять Таро, необходимо углубиться в историю и вспомнить Век Матриархата (и экзогамии), те времена, когда престолонаследие шло не по линии старших сыновей царя, а по линии дочерей. Царь, таким образом, становился царем не по праву наследства, но по праву победителя в состязании. В самых устойчивых династиях новый царь всегда был чужаком, иноземцем; более того, он должен был убить старого царя, чтобы жениться на его дочери. Эта система обеспечивала мужественность и дееспособность каждого царя. Пришелец должен был выиграть свою невесту в открытом состязании. Этот мотив часто встречается в самых старых сказках. Часто честолюбивый странник – трубадур; почти всегда он скрывается под маской, порой довольно отталкивающей. Типичная сказка такого рода – "Красавица и Чудовище". Иногда соответствующий камуфляж присущ и царской дочери, как в случае Золушки и Очарованной Принцессы. В сказке об Аладдине этот сюжет разрабатывается очень подробно, с многочисленными магическими деталями. Вот вам основа легенды о Странствующем Принце – и заметьте, он всегда "в семье дурак". Эта связь между дураковатостью и святостью традиционна. И не зря говорят, что убогому место в церкви. На Востоке сумасшедших считают "одержимыми", святыми и пророками. Это отождествление так глубоко укоренилось, что отражается даже в языке. Английское s i l l e – глупый означает "пустой": Вакуум Воздуха–Нуля. А само слово происходит от германского selig – "священный", "благословенный". Лучше всего Дурака характеризует его невинность. Позже станет ясно, как важна эта часть истории.


Итак, для обеспечения престолонаследия было решено: во–первых, что царская кровь действительно должна быть царской, и во–вторых, что она должна получать укрепляющие вливания со стороны, а не разжижаться в постоянных близкородственных браках. В некоторых случаях это правило подвергалось нажиму; возможно, замаскированный царевич не обходился без трюкачества. Вполне могло быть так, что царь–отец снабжал его очень секретными рекомендательными письмами; короче, могло быть так, что эта старая политическая игра была старой уже в те незапамятные времена.


Такой обычай со временем превратился в положение, великолепно исследованное Ф р э з е р о м в "Золотой ветви". (Эта Ветвь, без сомнения, является символом самой Царской Дочери.) "Вся слава дщери Царя внутри; одежда ее шита золотом."

Как же это превращение осуществилось?


Возможно, это была реакция на политические игры вроде той реакции на викторианство, которую мы наблюдаем в наше время. Начали прославлять джентльмена–взломщика, а закончили боссом–гангстером. Верительные грамоты странствующего царевича тщательно проверяли; если только он не был беглым преступником, его допускали к состязанию. Не достаточно для него было и выиграть царскую дочь в открытом поединке, жить в роскоши, пока старый царь не умрет, и мирно унаследовать его трон; он был обязан убить царя своей собственной рукой.


На первый взгляд может показаться, что эта формула предполагает союз предельной мужественности, большого белокурого зверя, и предельной женственности – принцессы, которая не может заснуть, если под ее семью перинами лежит горошина. Но всякий символизм такого рода разбивает сам себя; мягкое становится жестким, шершавое – гладким. Чем глубже погружаешься в формулу, тем ближе отождествление Противоположностей. Голубка – птица Венеры, но также и символ Святого Духа, то есть Фаллоса в его самой утонченной форме. Поэтому не стоит удивляться и отождествлению отца с матерью.


Естественно, когда идеи вульгаризуются, они уже не могут демонстрировать символ с прежней ясностью. Когда великий Иерофант сталкивается с совершенно двусмысленным символом, он вынужден, именно потому, что он иерофант – то есть тот, кто открывает таинства, – "умалять послание для собаки". Это он должен делать, демонстрируя символ второго порядка, подходящий для разума Посвященных второго ранга. Этот символ уже не универсален, уже не за пределами обычного выражения; он должен быть приспособлен к умственным способностям определенной категории людей, посвящение которых – работа иерофанта. Профану такая истина может показаться басней, притчей, легендой и даже вероучением.


С таким многозначным символом, как Дурак, связано, насколько нам известно, несколько отдельных традиций – очень отчетливых и исторически очень важных. Их надлежит рассмотреть поочередно, чтобы понять единую доктрину, из которой они все вышли. "Зеленый Человек" праздника Весны, "апрельский дурак", Святой Дух.


Эта традиция представляет изначальную идею в форме, доступной пониманию среднего крестьянина. Зеленый Человек – персонификация той таинственной силы, которая вызывает все весенние явления природы. Трудно сказать, почему, но этот образ связан с идеями безответственности, безнравственности, буйства, идеализации, романтики, звездного сна.


Когда приходит Весна, Дурак пробуждается в каждом из нас. Все люди становятся немного дикими, немного растерянными. Считается, что поэтому и сложился целительный весенний обычай: подсознательным импульсам надо давать выплеснуться вовне в ходе ритуалов. Это был один из способов облегчения исповеди. Обо всех этих праздниках можно сказать, что они в простейшем виде, без всякого самоанализа, изображают совершенно естественное явление.


"Великий Дурак" кельтов (Д а л у а)


По сравнению с сугубо натуралистическими явлениями, описанными выше, Великий Дурак – значительный шаг вперед; в нем уже просматривается четкая доктрина. Мир всегда нуждается в спасителе, и доктрина, о которой идет речь, с философской точки зрения уже больше, чем доктрина – это факт. Спасение, что бы оно ни означало, не достигается ни на каких разумных условиях. Разум – это тупик, разум – это проклятие; только безумие, божественное безумие, предлагает нам выход. Закон Лорда–канцлера не поможет; законодатель может быть страдающим эпилепсией погонщиком верблюдов вроде Мухаммеда, провинциальным выскочкой вроде Наполеона, или даже изгнанником, обитателем чердаков Сохо, на три четверти ученым и на четверть сумасшедшим, вроде Карла Маркса. У таких персон общее лишь одно: все они безумны, все они "вдохновлены". Почти у всех первобытных народов есть эта традиция, хотя бы и слабо выраженная. Они уважают бродячего психа, ибо он может быть посланником Всевышнего. "Этот юродивый? Давайте обращаться с ним ласково. А вдруг мы, не зная, оказываем гостеприимство ангелу?"


С этой идеей тесно связан вопрос отцовства. Спаситель нужен. Что можно сказать с уверенностью о его качествах? То, что он не должен быть обычным человеком. (В Евангелиях люди не верили в то, что Иисус – Мессия, поскольку он был родом из Назарета, всем известного города, и все знали его мать и семью; поэтому и утверждали, что он не годится в Спасители.) Спаситель должен быть особенно священной персоной; он вряд ли вообще может быть человеческим существом. В самом крайнем случае его мать должна быть девственницей, а для такого чуда отец не может быть обычным человеком; следовательно, отец должен быть богом. Но, поскольку бог – газообразное позвоночное, должна быть некоторая материализация бога. Очень хорошо! Пусть он будет богом Марсом в образе волка, или Юпитером в виде быка, золотого дождя или лебедя; или Иеговой в форме голубя, или любым другим плодом фантазии, желательно замаскированным под какое–нибудь животное. Разновидностей этого предания бесконечное множество, но все они сходятся в одном: спаситель может появиться на свет только в результате очень экстраординарного события, а не нормальным способом. Малейшая примесь в этом деле чего–нибудь разумного испортит весь эффект. Но, поскольку нужно же получить какую–нибудь конкретную картину, обычно принимается решение представить спасителя как Дурака. (Попытки сделать это есть в Библии. Вспомните "разноцветную одежду" Иосифа и Иисуса; именно человек в пестром наряде выводит свой народ из рабства.)


Назовите его "Арлекином", и в глаза сразу бросается Тетраграмматон, явно пародирующий Святое Семейство: пожилой шут Панталоне; Клоун и Арлекин, два аспекта Дурака; и Дева–Коломбина. Но, поскольку это пародия, глубинный смысл предания потерян; так и средневековая пьеса–мистерия о Понтии и Иуде превратилась в фарс на злободневные темы "Панч и Джуди".


Позже мы увидим, как эта идея связана с мистерией отцовства, а также с переливчатостью алхимической ртути на одной из стадий Великого Делания.


"Богатый Рыбак" – Парсифаль


Происхождение легенды о Парсифале, составной части мистерии Спасителя (Бога–Рыбы) и С а н г р а а л я, или Святого Грааля, неясно. Несомненно, она раньше всего появилась в стране бриттов, излюбленной магами, в стране Мерлина, друидов, леса Броселианд. Некоторые ученые предполагают, что еще древнее валлийская форма этого предания, которой во во многом обязан цикл сказаний о Короле Артуре. Это для нас сейчас не столь важно; но необходимо сознавать, что такая легенда, как легенда о Дураке, – по происхождению чисто языческая и дошедшая до нас в латинско–христианских редакциях; в нордических мифологиях нет ничего подобного. (Парсифаль и Галахад были "невинными" – это одно из требований к Стражу Грааля.) Обратите внимание, что Монсальват, "гора Спасения", крепость Рыцарей–Стражей, находится в Пиренеях.


Пожалуй, лучше всего поговорить о Парсифале сейчас, поскольку он представляет западную форму традиции Дурака и поскольку над его легендой немало потрудились ученые посвященные.


В своем первоначальном состоянии Парсифаль – "чистый сердцем простец". В первом акте он убивает священного лебедя. Это безнравственность невинности. Во втором акте это же качество помогает ему устоять перед обольщением красавиц в саду К у н д р и. Клингзор, изувечивший сам себя злой Маг, увидев, что его империя в опасности, метает в Парсифаля священное копье (украденное им с Горы Спасения), но оно зависает в воздухе над головой юноши. Парсифаль хватает его – другими словами, достигает половозрелости. (Это превращение мы увидим позже и в других символических преданиях.)


В третьем акте невинность Парсифаля вызревает в священство; он – рукоположенный Священник, чья функция – творить. Наступает Страстная Пятница, день тьмы и смерти. Где ему искать свое спасение? Где Монсальват, гора спасения, которую он тщетно так долго искал? Он поклоняется копью, и путь, столь долго закрытый для него, немедленно открывается; декорации быстро вращаются, ему самому нет нужды двигаться. Он уже прибыл к Храму Грааля. Всякая истинная церемониальная религия должна быть по характеру солнечной и фаллической. Силу у храма отобрала рана Амфортаса. (Амфортас – это символ Умирающего Бога.)


Поэтому для того, чтобы спасти положение, уничтожить смерть, заново освятить храм, Парсифаль должен лишь погрузить копье в Святой Грааль; он спасает не только К у н д р и, но и себя.


Крокодил (Мако, сын Сета, или С е б е к)


Ту же доктрину наибольшей невинности, развивающейся в наибольшую плодовитость, мы находим в Древнем Египте в символизме бога–крокодила С е б е к а. Согласно преданию, Крокодил не был обеспечен средствами продолжения рода (вспомните самку грифа М а у т). Не вопреки этому, но благодаря этому он был символом максимальной созидательной энергии.


Снова для выполнения функции отца Освободителя призывается животное царство. На берегах Евфрата люди поклонялись Оаннесу, или Дагону, богу–рыбе. Рыба снова и снова встречается нам как символ отцовства, материнства, вечного продолжения жизни. Буква N (еврейское ее название – Н у н, что означает "рыба") была одним из изначальных иероглифов этой идеи. По–видимому, постоянное повторение соответствующего звука возбуждало в сознании соответствующие реакции. Есть целый ряд богов, богинь и их героев, легенды которых являются функцией буквы N. Она связана с севером и, значит, со звездным небом вокруг Полярной звезды, с северным ветром и с Водными знаками. Вот почему буква N фигурирует в легендах о Потопе и богах–рыбах. В еврейской мифологии соответствующего героя зовут Ной. Обратите также внимание, что символ Рыбы был выбран для Освободителя, или Фаллоса, – бога, силой которого человек проходит сквозь воды смерти. Имя этого бога, распространенное в южной Италии и других местах. Женское соответствие Фаллоса, Ктеис, то есть рыбий пузырь; этот символ фигурирует в витражах многих церквей и на епископском перстне.


В мифологии Юкатана были "древние, покрытые перьями и вышедшие из моря". Некоторые видят в этом предании указание на морское происхождение человека; в наш дыхательный аппарат до сих пор входят атрофированные жабры.


Для всякого высокого духовного видения характерно, что формулировка любой идеи немедленно уничтожается или отменяется возникающим противоречием. Гегель и Ницше проблесками понимали это, но очень полно и просто это описано в "Книге Мудрости или Глупости". То, что мы говорили о крокодиле, очень важно, поскольку он отчетливо изображен на многих традиционных вариантах "Дурака" Таро. Общепринято толковать эту карту как веселого, беззаботного юношу с заплечным мешком, полным глупостей и иллюзий, балансирующего на краю пропасти и не ведающего о готовых напасть на него Тигре и Крокодиле. Но это лишь точка зрения Маленькой скинии. Посвященному же крокодил помогает определить духовный смысл карты как возвращение к изначальному каббалистическому нулю; это процесс "конечного Хе" в магической формуле Тетраграмматона. Мановением руки эта буква может быть преобразована и выглядеть как изначальный Йод, начиная весь процесс сначала.


Введение крокодила снова предполагает формулу невинности–мужественности, ибо это было одним из биологических суеверий, на которых древние строили свою теогонию: что крокодилы, как и грифы, размножаются каким–то таинственным способом.


Зевс Арренотелус


Имея дело с Зевсом, сразу же сталкиваешься с этим намеренным смешением мужского и женского. В греческой и римской традициях происходит одно и то же. Д и а н у с и Диана – близнецы и любовники; как только произносишь женское имя, оно отождествляется с мужским, и наоборот, как и должно быть при рассмотрении биологических фактов природы. Но только в Зевсе Арренотелусе получаешь гермафродитическую природу символа в объединенной форме. Это очень важный факт, особенно для нашей нынешней цели, поскольку образы этого бога снова и снова встречаются в алхимии. Едва ли возможно описать это ясно; сама идея относится к умственной способности, которая "выше Бездны", но на нее указывают все двухголовые Орлы, окруженные гроздьями других символов. По–видимому, высший смысл заключается в том, что изначальный бог – одновременно и мужского, и женского пола – это, конечно же, и важнейшая доктрина Каббалы. В более поздней, приниженной традиции Ветхого Завета.


Для племени диких кочевников иметь в качестве бога нецивилизованного и простого Демиурга было необходимостью, в сложностях и тонкостях оседлых народов они видели лишь слабость. Обратите внимание, что, как только евреи обрели Землю Обетованную и Храм, Соломон "полюбил многих чужестранных женщин" и богов. Это бесило неистребимых пророков и через несколько лет привело к ссоре между Иудой и Израилем и всем последовавшим бедствиям.


Труднее всего понять то, что она представляет Тетраграмматон мужским, невзирая на две его женские составляющие. Зевс стал слишком популярным и, как следствие, вокруг него возникло слишком много легенд; для нас сейчас важно то, что Зевс был специальным Владыкой Воздуха. Древнейшие искатели истоков Природы пытались найти их в одном из Элементов. (История философии описывает борьбу между теориями Анаксимандра и Зенократа, а позднее – Эмпедокла.) Возможно, авторы Таро пытались проповедовать доктрину происхождения всего из Воздуха. Но если бы это было так, все Таро, каким мы его знаем, распалось бы, поскольку в последовательности происхождения первым отцом является огонь. И только Воздух как Ноль примиряет это противоречие. Д и а н у с и Диана, действительно, были символами воздуха, и санскритские Веды говорят, что первыми богами были боги бури. Однако, если формированием Вселенной, какой мы ее знаем, действительно руководили боги бури, то это были бури огненные; с этим согласятся и астрономы. Но эта теория определенно подразумевает отождествление воздуха и огня. Кажется, что их полагали существовавшими до Света, то есть до Солнца; до созидательной энергии, то есть до Фаллоса. И сама эта идея подразумевает доктрину, противоположную нашим наиболее разумным рассуждениям: первичное смешение элементов, следует признать причиной порядка, а не податливой массой, в которой порядок себя утверждает.


Ни одна подлинно каббалистическая система не делает воздух (в общепринятом смысле) изначальным элементом, хотя А к а ш а – это яйцо Духа, черное или темно–синее яйцо. Оно напоминает о Г а р п о к р а т е. В данном случае под "воздухом" на самом деле понимается "Дух". Как бы то ни было, символ совершенно ясен и должен быть помещен в надлежащее место.


Дионис. Вакх Двоякий


Этих двух богов удобно считать одним. З а г р е й важен для нас здесь лишь постольку, поскольку у него есть рога и в элевсинских мистериях утверждалось, что его разорвали на куски Титаны. Но Афина спасла сердце З а г р е я и принесла к его отцу, Зевсу. Матерью же его была Деметра; таким образом, он – плод брака Неба и Земли. Тем самым он отождествляется с Вау Тетраграмматона, но легенды о его "смерти" относятся к посвящению, что соответствует доктрине о Пожирателе.


В карте Дурака, однако, традиционная форма гораздо яснее указывает на Вакха Двоякого, представляющего более поверхностную форму поклонения; экстаз, характерный для этого бога, скорее магичен, чем мистичен. Последнее требует имени И а к х. Матерью Вакха была С е м е л а. Зевс посетил ее в виде вспышки молнии, которая ее и убила. Но она успела забеременеть от Зевса, и он спас дитя. До самого совершеннолетия Вакх прятался в "бедре" (т. е. в фаллосе) Зевса. Гера, чтобы отомстить мужу за его измену с С е м е л о й, сделала юношу безумным. Это уже прямая связь с нашей картой.


В легенде о Вакхе важнее всего то, что он Двоякий, то есть имеет две природы и, кажется, больше в бисексуальном, чем в гермафродитическом смысле. Его безумие – одна из фаз опьянения, ибо он в первую очередь бог вина. Он странствует, танцуя, по Азии, окруженный спутницами, потерявшими рассудок от восторга. У них посохи, увенчанные шишками и увитые плющом; они бьют в цимбалы, а в некоторых легендах также имеют при себе мечи и опоясываются змеями. Этих женщин–менад сопровождают мужские полубоги лесов. Пьяное лицо и безжизненное состояние лингама Вакха на изображениях связывают его с уже упоминавшейся легендой о крокодиле. Его постоянный спутник – тигр; как на всех лучших вариантах карты "Дурак", тигр или пантера изображаются прыгающими на Вакха сзади, в то время как крокодил готов пожрать его спереди. Говорят также, что, путешествуя по Азии, он ездил на осле, что связывает его с Приамом, который, кстати, его сын от Афродиты, согласно одной легенде. Любопытно, что в мифической сцене рождения Иисуса Мать–Дева изображается между быком и ослом: вспоминается, что название буквы Алеф означает быка.


Для поклонения Вакху выбирали представителя бога: он должен был быть молодым и дееспособным как мужчина, но при этом и женственным. Естественно, за столетия поклонение выродилось; изначальная форма обросла новыми идеями и, отчасти благодаря оргиастическому характеру ритуала, образ Дурака приобрел определенные очертания. Его стали изображать в дурацком колпаке, явно фаллическом, в пестрой одежде, что опять–таки напоминает о разноцветной одежде Иисуса и Иосифа. Этот символизм связан не только с Меркурием, но и с Зодиаком. Иосиф и Иисус, с их двенадцатью братьями и двенадцатью учениками, в равной степени представляют Солнце в окружении двенадцати знаков. Лишь много позже символизму Дурака был приписан алхимический смысл, и было это во времена Ренессанса, когда ученые во что бы то ни стало стремились найти нечто серьезное и важное в символах, которые на самом деле были весьма фривольными.


Бафомет


Нет никакого сомнения, что эта загадочная фигура является магическим образом той же идеи, развившимся из многих символов. Наиболее близки к ней фигуры Зевса Арренотелуса и Б а б а л о н, а также странные непристойные изображения Девы–Матери, которые можно встретить в раннехристианской иконографии. Об этом достаточно много сказано у П э й н – Н а й т а, исследовавшего происхождение и значение имени Бафомета. Фон Хаммер–Пургшталль был, безусловно, прав, полагая Бафомета одной из форм бога–быка или, скорее, бога–быкоборца, Митры; ибо в имени Бафомета должно быть "р" в конце. Таким образом, это явное искажение имени "Отец Митра". Есть тут и связь с ослом, поскольку как объект почитания тамплиеров, Бафомет стал ослиноголовым богом.

Ранних христиан тоже обвиняли в поклонении ослу или богу с ослиной головой, и это связано с диким ослом пустыни, богом Сетом, отождествляемым с Сатурном и Сатаной. Бафомет – это юг, как Н у и т – север; у египтян этим направлениям соответствовали Пустыня и Море.


Молчание


Из всех магических и мистических добродетелей, из всех милостей Души, из всех достижений Духа ничто не было столь неверно истолковано, если вообще понято, как Молчание.


Перечислить все распространенные ошибки просто невозможно; позволительно сказать, что даже думать об этом – уже ошибка; ибо природа Молчания – Чистое Бытие, то есть Ничто, и поэтому оно вне всякого интеллекта и интуиции. Поэтому самое большее, чем может быть наше эссе, – это своего рода Стражей, как бы церемонией Открывания Ложи, где совершается Мистерия Молчания. Такой подход освящен здравым и традиционным авторитетом. Гарпократа, Бога Молчания, называют "Владыкой Защиты и Покровительства".


Его природа – не то негативное и пассивное молчание, которое известно всему миру, ведь он есть Всюду Блуждающий Дух, Чистый и Совершенный Странствующий Рыцарь, разгадывающий все загадки и открывающий запертые Врата Дочери Царя. Молчание в вульгарном смысле слова – не ответ на Загадку Сфинкс, но то, что порождается этим ответом. Молчание есть Равновесие Совершенства; поэтому Гарпократ – это универсальный Ключ ко всякому Таинству. Сфинкс есть "Шлюха и Дева". Идея Женственности, к которой имеется лишь одно дополнение, форма которого всегда разная, суть же – одна. Это указание на Изображение Бога; в его взрослой форме он более ясно показан как Дурак в Таро и Вакх Двоякий, и уже без всякой двусмысленности – как Бафомет.


Такова истинная идея Молчания; это наша Воля, которая стремится, совершенно гибкая, возвышенно многообразная, заполнить каждый пробел в Проявленной Вселенной, встречающийся ей на пути. Нет ни пропасти слишком великой для ее неизмеримой силы, ни прохода слишком узкого для ее невозмутимой тонкости. Она приспосабливается совершенно точно к каждой нужде; ее текучесть – залог ее верности. Форма ее постоянно меняется в зависимости от каждого нового встреченного несовершенства, сущность же всегда остается неизменной. Плодом ее действия всегда является Совершенство, то есть Молчание; и это Совершенство всегда одно и то же, ведь на то оно и совершенство, и в то же время всегда разное, поскольку каждый случай предоставляет свои собственные качества и количества.


Никакое вдохновение не может звучать дифирамбом Молчанию, ибо каждый новый аспект Гарпократа стоит всей музыки Вселенной на протяжении Вечности. Просто моя верная Любовь к этой странной Расе, в которой довелось воплотиться, понудила меня к сочинению сей убогой строфы из бесконечного Эпоса Гарпократа, прославляющей лишь один аспект Его плодовитого Сияния, столь необходимым светом озаривший меня во тьме перед Входом в Его святилище громосверкающей, невыразимой Божественности.


Воздаю хвалу изобильному Восхищению Невинности, мужественному и многообразному Экстазу Все-осуществления; воздаю хвалу Увенчанному Победоносному Ребенку, чье имя – Сила и Огонь, чья безмятежность тонка и крепка, кто энергией и выносливостью достигает Девы Абсолюта; кто, проявленный, играет на семиричной флейте как Великий Бог Пан и кто, удалившийся в желанное им Совершенство, есть само Молчание.


Заключение


Таро. Карта Дурак

Нам показалось удобным рассмотреть все основные формы идеи Дурака по отдельности, но мы не пытались, и не советуем, препятствовать перекрыванию и срастанию этих легенд. Варианты выражения мысли, пусть даже внешне противоречивые, должны привести к интуитивному пониманию символа путем утончения и преодоления интеллекта. Все символы Козырей Таро в конечном счете существуют в сфере, недоступной разуму. Важнейшая цель исследования этих карт – обучение ума ясному и связному мышлению о материях возвышенных.


Это же всегда было сущностью методов посвящения, как их понимали иерофанты.


В эпоху догматического викторианского материализма науке было нужно дискредитировать все попытки преодоления рационалистического подхода к реальности; но сам же прогресс науки и воссоединил эти два полюса. С самого начала нынешнего столетия практическая наука механиков и инженеров двигалась все дальше и дальше к своему теоретическому обоснованию в математической физике.


Математика всегда была самой суровой, абстрактной и логичной из наук. Но даже сравнительно простая школьная математика уже требует знакомства с недействительным и иррациональным. Иррациональные числа и бесконечные ряды – это основание для высшей математической мысли. Апофеозом математической физики сейчас является признание невозможности найти реальность в любой отдельной умопостигаемой идее. Современная наука на вопрос: "Что такое то–то и то–то?" отвечает, что это отношение к цепи из десяти идей, каждая из которых может быть истолкована только в терминах остальных. Гностики, несомненно, назвали бы это "цепью десяти эонов". Эти десять идей ни в коем случае нельзя считать аспектами некоей фоновой реальности. Как предположительно прямая линия, бывшая основой всех расчетов, оказалась кривой, так и точка, которую всегда считали видом бытия, стала кольцом.


Нет сомнения, что мы наблюдаем постепенное приближение профанической науки внешнего мира к священной мудрости Посвященных.


Рисунок представляемой здесь карты строится на идеях, изложенных выше. Дурак весь из золота Воздуха. У него рога Диониса З а г р е я, а между ними – фаллический конус белого света, изображающий воздействие Короны, что находится выше. Фон Дурака – воздушный, разгорающийся зарей из пространства; сам он как бы неожиданно врывается или даже "взрывается" в мир.

Он одет в зеленое, что соответствует Весне; обувь же его – из фаллического золота Солнца.


В правой руке Дурак держит жезл, увенчанный белой пирамидой Отца Всего. В левой руке у него пылающая сосновая шишка, имеющая то же значение, но более отчетливо указывающая на растительность. С левого плеча свисает гроздь винограда. Эти ягоды представляют плодовитость, сладость и основание экстаза. Сам же экстаз показан как черешок виноградной грозди, превращающийся в радужную спираль. Форма Вселенной. Указание на Тройную Завесу Негативности, которая проявляется благодаря его вмешательству в разделенном свете. На спирали расположены другие атрибуты божества: гриф М а у т, голубь Венеры (Исиды, Марии) и плющ, священный для почитателей Вакха. А также многоцветная воздушная бабочка и крылатый шар с двумя змеями – символ, отраженный и усиленный в младенцах–близнецах, обнимающихся на среднем витке спирали. Над ними благословением парят три соединенных цветка. К Дураку ластится тигр, а под его ногами в Ниле среди побегов лотоса изогнулся крокодил. В центре фигуры, обобщая все это множество форм и цветов, находится фокус микрокосма – сияющее солнце. Вся картина – концентрат созидательного света.





© www.astrocentr.ru 2005–2016
Гадание на таро. Происхождение карты Дурак